Неравномерность распределения литературных и киноужасов на карте мира тревожит фантазию. Нравится нам это или нет, надо признать, что лидируют в этой сфере Англия и Америка. Неплохо представлена Германия туманная - поставщица не столь брутальных, сколь причудливых кошмаров. Некоторый вклад в литературу ужасов внёс франкоязычный регион – Франция и Бельгия. Из азиатских стран на первом месте – Япония и, в последнее время, подтягивающаяся вслед за ней Южная Корея. Что касается любезной мне Восточной Европы, здесь можно выделить разве что Польшу. А в остальном… Кажется, нет ни одной имеющей письменность страны, где за всё время существования не явилось бы совсем ничего, имеющего целью напугать читателя / зрителя; но трудно и найти, за исключением упомянутых, страну, которая дала бы в этом жанре сколько-нибудь значительное целое – с неким общим ореолом, с узнаваемостью художественных средств выражения, с выработкой собственного (не в отрицательном смысле) канона.
Что же служит тому причиной? На этот счёт имеются разные версии, причём к каждой из них можно выдвинуть свои за и против .
Версия первая – язык. Язык как инструмент литературной традиции. В Англии зародилась готика как таковая – англоязычные писатели донесли её наследие до наших дней. Как написал сэр Хорас Уолпол свой чудовищный Замок Отранто , так и пошло всё пухнуть, развиваться и расти. В эпоху появления кинематографа накопленные сюжеты оказались востребованы, побуждая всё новых англичан и американцев пробовать себя в жанре ужасов. Что касается Германии – тот же самый механизм: сначала баллады о чертях и мертвецах, потом явился Гофман, ну а дальше всё завертелось… В общем, эта версия сводится к тотему-предку, определённому первотолчку, который далее передаётся из поколения в поколение.
Опровержение: в Канаде и Австралии тоже говорят по-английски – однако где австралийские ужасы? Нет, ну я не хочу сказать, что австралийцы способны производить одних только Данди-Крокодилов - но ничего выдающегося, созданного ими в нашей области, вот так с лёту назвать не могу. А вы? Что до северной соседки США, то канадцам порой удаются великолепные фильмы ужасов – но тем более великолепные, чем сильнее отдаляются от голливудского (правоверно-англоязычного) мэйнстрима. Их скорее клонит к континентальной традиции.
Версия вторая – климат. Большое количество пасмурных дней в году и весенний авитаминоз провоцируют депрессию. Депрессия, какова бы ни была её причина, способствует мрачности духа. Когда избыток тьмы окружает снаружи, тьма копится внутри. Любимые авторами ужасов описания хмурых дождливых пейзажей подкрепляют убеждённость в этом.
Опровержение: ещё в позапрошлом веке это могло как-то сработать. Но электричество, паровое отопление, круглогодичный приток фруктов в магазины и повальная компьютеризация с интернетизацией избавляют нас от диктата природы. Кроме того, если бы климат действительно играл ведущую роль, главными поставщиками хоррора были бы чукчи. Или исландцы, на худой конец. А так мы наблюдаем, что северная Финляндия проигрывает на этом фронте солнечной Италии.
Версия третья – уровень материального и, так сказать, политического благополучия общества. В бедных, нестабильных странах люди больше заботятся о выживании; с ростом благосостояния рождается потребность пощекотать нервишки. Диктатура, с подозрением косящаяся на всё, что не является ею самой и не служит её воспеванию, также срезает этот жанр на корню.
Опровержение: да, до определённого уровня это верно. С чисто прикладной точки зрения. В Южной Корее, скажем, реализовать талант сочинителя ужасов легче, чем в Северной, где талантливому литератору придётся строчить речёвки, воспевающие идеи чучхе. Но вот при одинаковом имущественном и политическом цензе отличия всё равно есть. Португалия или Греция финансово не бедствуют, а на нашем фронте – бедновато, бедновато…
Версия четвёртая – религиозная. Изгнав персонифицированное зло – дьявола - из сферы религии, превратив его в зло политическое, социальное, психологическое, какое угодно – современный секуляризованный мир сохранил тоску по этой личности, универсальной причине всех бед. Предстающей, пусть не обязательно с рожками – но весомо, грубо, зримо… Хочется увидеть врага в лицо, чёрт его побери! Так что по частоте явления демоноподобной нечисти в фильмах и книгах закономерно лидируют протестантские страны, которые раньше всех провели секуляризацию собственной религии – плюс Япония с её техницизировавшимся синтоизмом; на втором месте идут страны католические, сатану так и не упразднившие; а уж православные, у которых нечистая сила всегда выглядела как-то придурковато и косорыло, без мефистофелева шика, плетутся в хвосте.
Опровержение: почему-то католическая Бельгия дала миру и Жана Рэ, и Томаса Оуэна, и многих других непереведённых, к сожалению, создателей ужасов. А соседняя протестантская Голландия? Тускло. То же касается соревнования между Швецией – и, допустим, Испанией, поставляющей в последнее время качественное и весьма страшное кино.
Подытоживая… А какие, собственно, здесь итоги? Загадка остаётся загадкой. Единого объяснения по-прежнему нет. И это вселяет надежду. Ведь если нет фактора, который стопроцентно гарантировал бы той или иной нации или стране отличные произведения жанра ужасов, нельзя и вынести однозначного приговора: вот этот народ никогда не будет создавать ужасы. Может, сегодня их нет, а завтра появятся, а? Когда придёт черёд… Вместе с новыми сюжетами и средствами выражения… Ну кто мог предсказать в Японии эпохи Мэйдзи появление анимэ о вампирах?
Так что для России в плане ужасов не всё потеряно. Возможно, всё только начинается. Надеюсь, ужасов – исключительно в сфере искусства…